Координатор сообщества Мир наизнанку (mn_coordinator) wrote in mirnaiznanku,
Координатор сообщества Мир наизнанку
mn_coordinator
mirnaiznanku

Конкурсный текст: Юрсит

Автор: anubis_amenti


          Он зажмурил большие подслеповатые глаза, зажал переносицу пальцами:
          - Никаких.
          Ольга выдохнула с облегчением. Как раковый больной, после мучительного курса химиотерапии узнавший точную дату смерти.
          - Исковое безупречно, - адвокат покачал в ладони аккуратно прошитый том с цветными вклейками закладок. - Понимаете, Ольга, здесь не просто каждое предложение является единственно возможным следствием предыдущего. В приложениях он заранее, понимаете? Заранее возразил на каждый возможный контраргумент.
          - Оставьте, - Ольга брезгливо дернула пальцами, и отвернулась к панорамному окну, зябко кутаясь в соболя. - Кто бы сомневался.
          Серебристый в свете прожектора снег падал сквозь черный воздух на город, гудящий клаксонами в двухстах метрах ниже. Зеленая ленинская лампа накрывала желтым кругом тяжелый канцелярский стол с тумбами и сложенные домиком длинные ладони адвоката. Пытаясь разрушить тягостную паузу, адвокат сказал:
          - Он сделал лишь одну ошибку.
          Ольга глубоко вдохнула, щекам стало жарко. Адвокат заметил это и покраснел - ему стало стыдно, что он случайно заронил мучительную надежду, а теперь уже вынужден сказать очевидную глупость, и он быстро выпалил:
          - Подписывая исковое, он опечатался, и поставил «юрсит Иванов».
          Ольга невесело расхохоталась:
          - Оой, маама… - приложила она холеные пальцы к нежной щеке. - «Юрсит»! Господибожемой… Ну конечно! Мм…
          Она посмотрела на адвоката. Отчаяние делало ее прекрасное лицо еще выразительнее.
          - Простите меня, - она замолчала. Вытянула ноги, окунула носок сапога в желтый круг света. - Юр-сит… Мой муж был… и есть - превосходный специалист, - Ольга задумалась. - Он всегда работает один, без помощников, - с расстановкой продолжила она. - Дела берет самые сложные - только такие ему интересны. Его услуги безумно, безумно дороги. И на него очередь. А он копается так в клиентах, - она выделила надменность интонацией, и сделала движение пальцами, словно перебирая бисер, - копается так, знаете… как маньяк-хирург во внутренностях. Потом выбирает, и начинает работать. Когда он работает, он молчит, понимаете? Вот работает он, скажем, три недели над исковым - он ни слова не скажет за эти три недели! Думает, пишет, читает, думает - и молчит. Иногда смотрит на тебя, как удав, а на самом деле сквозь тебя. И глаза стеклянные. Вы не представляете себе, как это бывает оскорбительно мерзко… - она непроизвольно передернула плечами. - Словно тебя обнял осьминог.
          Она помолчала.
          - Лет десять назад… да, где-то через год после нашей свадьбы. Он вот так взял очередное дело, и закрылся в своей раковине. Я устроила ему истерику. Он взял кредитку, паспорт и документы по делу. И ушел. И не вернулся ни назавтра, ни через неделю. Просто пропал, и все. Я не знала, что с ним. И вернется ли он. Так плохо мне никогда еще не было… Через два месяца он выиграл дело, и вернулся. Как ни в чем не бывало. Веселый. Ни словом не упомянул. Я сама хотела с ним поговорить. Но как только я заводила об этом речь, он тут же закрывал створки и просто замолкал.
          Я… любила его. …Когда мы познакомились… он казался ну просто восхитительно умным! Вы когда-нибудь видели дредноут? Я видела в хронике, и была поражена непобедимой… сокрушительной мощью этого корабля. Такое же вот впечатление на меня произвел ум моего будущего мужа. Я и не думала, что интеллект может быть настолько сексуален. Я влюбилась мгновенно. Совершенно потеряла всякий контроль. Единственным желанием было принадлежать ему. Целиком, всей. Безраздельно. Иногда я ощущала себя рядом с ним полной дурой… краснела, мне было так стыдно… и страшно, что он меня бросит - такую глупую… …Какое это имеет значение? - она вздохнула.
          …Я родила от него двоих дочек. Ну вы знаете… Он никогда не давал себе отпуск. Я летала к морю одна или с детьми. По Европе тоже одна… Четыре года назад я впервые ему изменила. Банально - на курорте. А, у меня все как-то банально… Это муж у меня… уникальный. Так стыдно было… неловко. И горечь противная осталась. Словно запачкалась в чем-то, и теперь это уже навсегда. Два года назад я нашла себе постоянного любовника. И все равно я одна. У меня были… партнеры по постели, - она брезгливо сморщилась. - Но мужчину я встретила лишь однажды - своего мужа. …Ии воот… - она вздохнула и положила руки на колени, словно готовилась подвести неприятный итог. - И вот он нас застал. Как в анекдоте, ей богу… - она произнесла это так, словно сама себе горько удивилась.
          - Да, - вспомнила она. - Юрсит. Это не опечатка. За свою карьеру мой муж проиграл только одно дело - самое первое. Он любил вспоминать тот случай. Как некий поворотный момент. Откровение. Муж тщательно готовился к своему первому процессу, искренне считал, что все предусмотрел, и дело выиграет. Очень гордился собой. Но в судебном заседании ответчик поймал его на какой-то нелепой ошибке. Муж настолько растерялся, что до конца процесса мог лишь что-то мямлить. Он был совершенно подавлен проигрышем. Несколько дней ничем не мог заниматься. А потом взял свой иск, и стал его править. День за днем он работал над этим уже проигранным делом. Он нашел еще несколько ошибок, и понял, что исковое было вовсе не так идеально, как ему казалось. И подписано было именно с этой опечаткой - «юрсит Иванов».
          А здесь это издевка. Шутка такая, в стиле моего супруга. После того случая муж стал работать с маниакальной точностью. Как гильотина. У нас нет шансов - вы правы. Мой муж… любил меня, я точно знаю. И… любит сейчас. Но он не остановится. Дредноут. Кто я? Кто я теперь, после одиннадцати лет жизни в его тени? Шуба? - она рассеянно погладила отворот соболя. - Машина? Квартира? Да, это я. И дочки, которых я больше никогда не увижу - это я. Он все отберет. И тогда меня не останется. Он меня раздавит, - в уголке ее рта пролегла острая складка, губы поджались. Адвокат испугался, что она расплачется. - Победить я не смогу. Но вот сделать больно…
          Она вдруг встала и пошла к двери.
          - Я буду защищать вас бесплатно! - внезапно для самого себя выкрикнул адвокат. Она не обернулась, лишь коротко отмахнулась белой тонкой кистью.

          - Нда… - адвокат смотрел в одну точку и задумчиво массировал ладони. - Ни одного, значит, дела… Юрсит. В клиентах он копается… До чего однако красивая женщина…
          На медовой столешнице лежал белоснежный том с цветными закладками. Двести страниц. Ни одной ошибки. Ни одной опечатки. Юрсит. Справки, чеки, показания свидетелей, медицинские заключения, выписки по счету. Он оставит ей только зубную щетку. Что ж ты за человек-то такой, юрист Иванов? Вот квитанция на покупку секретера - восьмилетней давности. Вот на картину… одиннадцать лет назад. Прямо с загса скрупулезно готовиться к уничтожению собственной жены? Вот доказательства, что жена не только не заработала ни копейки, но и не вела хозяйство. Вот объяснения, что колье он не дарил, а передал в пользование. А вот он отбирает детей: вот свидетели рассказывают, что она не занимается дочерьми; вот целое досье няни - оо… за три года показания! Вот справка из швейцарской клиники, что у жены нестабильная психика… Любит он ее… Дредноут. И подгадал как - сутки на подготовку. Завтра в девять суд. А сейчас уже… бог мой, полночь уже!
          Адвокат покачал головой. Но какая женщина! Ах! И такую - растоптать?! Уничтожить?! Юрссит… Он залпом выпил стакан воды, и открыл исковое.

          Он с удовольствием вдыхал утренний мороз и улыбался. Он сутки не спал, напряженно работал всю ночь, и только что провел двухчасовой процесс. Сердце радостно подпрыгивало.
          Этот юрист Иванов… Да он на весь мир смотрит как на предмет возможной тяжбы, поэтому и собирал все справки, чеки и прочее – в силу натуры. Он настолько утонул в юриспруденции, что единственной доступной ему реакцией на открывшуюся измену было подать иск. Но выиграть он не хотел. И закопал в собственном исковом то-оненькую такую ниточку… И оказалось, за нее потянуть, и все двести страниц рассыпаются в прах. Цепляя одно за другое, валятся, как доминошки, аргументы, бессильны утратившие допустимость доказательства, мертвеет судебная практика. И опечатка - это был намек. Намек, что он готов измениться, вернуться, снова стать человеком. Которому ошибаться свойственно.
          Он вызвал номер. Не доступна. Адвокат побледнел:
          - Аа, черт!! - он вскочил в машину и рванул с места. Надо успеть, надо сообщить, что теперь уже все хорошо, что не надо никому делать больно! Теперь уже можно прощать, и жить дальше! - жить!

          Он воткнул машину в сугроб перед шлагбаумом, вбежал в элитный двор, судорожно огляделся, потерявшись в стоящих покоем подъездах… и увидел Ольгу. Она танцевала. Она шла через двор по аккуратно выметенной дорожке и кружилась, пританцовывала, смеялась, и шел редкий снег, и летели полы ее собольей шубы. Она была восхитительна. И лишь потом он заметил, что танец ее имел свой центр притяжения - по тропинке размеренно шагал цаплеобразный мужчина с мертвой улыбкой на худом лице. И это вокруг него танцевала Ольга, словно вокруг движущегося майского шеста.
          - О! - обрадовано вскрикнула Ольга и помахала адвокату рукой в тонкой перчатке. - Милый, милый адвокат! Как я рада вас видеть! Познакомьтесь - это мой муж, юрист Иванов!
          - Очень… - адвокат сбился, - рад… Вот моя визитка… - Иванов не пошевелился. Стоял и так же мертво улыбался. - Да, - спохватился адвокат, - Ольга, у меня хорошие новости… мы выиграли дело.
          - Правда?! Урра!! - взвизгнула она, подпрыгнула от радости, и повисла на своем муже. - Я победила! Я победила тебя, мой дредноут! - и чмокнула Иванова в нос. - Ах, мой милый адвокат! Дайте, я вас поцелую! - и чмокнула адвоката в щеку.
          - Счет я пришлю вам по почте.
          - Счет? - Ольга изумленно вскинула брови, и поджала губки в легком презрении. - Разве вы не пообещали защищать меня бесплатно? - она очаровательно улыбнулась и сделала пальчиками прощальное «до-ре-ми».
          Адвокат по прежнему протягивал кому-то визитку, и смотрел, как они удаляются, как подходят к длинной черной машине, как водитель открывает им двери, садится сам, как они уезжают, а потом ему осталось смотреть лишь на темное пятно, оставшееся от уехавшего автомобиля на заснеженном мощеном дворе.
Tags: anubis_amenti, ИЗБРАННОЕ, Конкурс, СЕРЕБРО
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 101 comments