Координатор сообщества Мир наизнанку (mn_coordinator) wrote in mirnaiznanku,
Координатор сообщества Мир наизнанку
mn_coordinator
mirnaiznanku

Конкурсный текст: Возвращение в море

Автор: olga_doroff


Волны были такими слабыми, что, казалось, вода не набегала на берег, а проступала между галькой, поднимаясь и уходя обратно, как от дыхания большого, но обездвиженного существа. С каждым вздохом узор из цветных камешков немного менялся. Главное – надо было уметь его прочитать и понять.
- Что ты видишь? – спросила Рита, смешно вытянув шею, чтобы заглянуть Льву в лицо.
Её не беспокоило, как она выглядела. Наверное, ей казалось, что такая полудетская непосредственность и игривость делают её моложе, но Льва это раздражало. Он всё про неё знает и любит такой, какая есть. Не нужны эти игры.
- Через два дня будет шторм, - немного ворчливо ответил он. – Сильный.
- Надо собрать технику и отъехать вглубь материка?
Лев всматривался в узоры:
- Вроде нет, - удивился он. – Наоборот, прийти на берег. Не понимаю.
- А что тут понимать? Приборы не должны пострадать. Увезем их в безопасное место, а потом можно и посмотреть.
Мощная волна, которую они даже не заметили, с грохотом обрушилась совсем рядом, обдав их мелкими солеными брызгами. Рита с хохотом отскочила, и Лев недовольно поджал губы.

Наверху Рита сразу занялась упаковкой приборов. Теперь она была сосредоточенной и серьезной; Лев неохотно стал помогать, но Рита не обращала внимания на его настроение.
«Что с неё взять? – думал Лев, автоматически маркируя и переставляя контейнеры. – Она не эмпат. Вообще не умеет думать ни о чем, кроме техники. Интересно, если я исчезну, она это заметит? Конечно, я же ей нужен для расшифровки!»
Словно услышав, Рита остановилась и внимательно посмотрела на Льва.
- Кстати, и не вздумай один идти к морю. Это может быть опасно. Здесь нормальные законы не действуют: тихо, тихо, потом сразу волны. Как сегодня, видел?
- Не слепой, - тихо сказал Лев.
- Странно, да? Есть ещё одно, - Рита махнула рукой в сторону уже закрытых контейнеров. – Биолокатор показал, что берег кишит мелкой живностью. Миграция. Никогда такого не видела. Я решила, что оставлю кое-что для наблюдения.
- Сама решила?
Рита помолчала, потом ответила тихо, но твердо:
- Согласись, что это моя функция.
- Конечно! А моя – только на камешки смотреть. Играть, так сказать, в бирюльки.
- Ты какой-то странный сегодня, - словно вспомнив, Рита шагнула к нему, прижалась и коротко поцеловала в губы. От неё пахло солью, свежим потом и немного малиной, духами. Она вопросительно посмотрела Льву в глаза: теперь я всё делаю правильно?
«Не эмпат», - мысленно вздохнул он.

Они трудились до поздней ночи и съехали со стоянки затемно, решив не дожидаться утра. Как знать, может, Лев неправильно понял предостережение о шторме? Может, море приглашало его посмотреть на последствия, а сама буря будет накануне? Рита решила, что так безопаснее, и Лев не стал спорить. Он видел и чувствовал, что она почему-то волновалась и даже боялась.
Наутро они вышли обследовать территорию. Старая площадка, на которой их модуль стоял два месяца назад, почти не изменилась, только трава выросла высокая, до колен. Здесь, на Склодо, растения были похожи на земные: Льву казалось, что такие же метелки росли у него на даче, когда он был маленьким мальчиком; но, возможно, это была ложная память. Будто бы он бежал по заросшему, невозделанному полю; потом по тропинке через лес и по склону к реке… морю… галька хрустит под ногами…
- Лев, смотри, полосатые лисы! – привел его в чувство возглас Риты. – Никогда не видела их так далеко от гор! Четыре особи. И надо же – все самцы…
- Самки где-то рядом, - Лев огляделся в поисках лисичек, менее ярко раскрашенных, чем их партнеры. – Они всегда ходят парами.
- Наверное, это охотники пришли вслед за добычей, - догадалась Рита. – Мохнатая мелочь так и шныряет под ногами. Только что чуть суслика не раздавила… или хомяка.
- Склодовский бурундук, здесь их масса, - поправил её Лев. – Надо было раздавить, отправили бы на Землю как образец. А то нас постоянно упрекают, что мало биоматериала.
Они оба засмеялись.
- Мы всё делаем по графику, - наконец, сказала Рита. – Нельзя отправить бурундука вместо образца пород. Я набросала план, где что разместить. Давай начнем?
- Давай, - от мысли, что сегодня они не успеют съездить к морю, у Льва стало тяжело на душе.

Ночью он проснулся внезапно и сразу, мгновенно выбравшись из объятий и Риты, и темного, тревожного сна. Не задумываясь, встал, оделся, пошел в ванную комнату. Из зеркала на него смотрело незнакомое лицо. Хотя, нет: в зеркале был Лев, а вот сам он стал чужим. Зеркальный Лев не мигал, его глаза были словно затянуты поволокой. Он спал, спал стоя, с открытыми глазами; тот, кто проснулся, потрогал себя за щеку – спящий Лев тоже. Тот, кто проснулся, повернулся и ушел; спящий Лев, наверное, остался в зеркале; а может, он соскользнул на пол и продолжил спать? Это было никому не интересно.
Тот, кто проснулся, вышел из модуля. Не запирая дверь, шагнул вперед, на выкошенную площадку. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль про Риту, но он отмахнулся от неё. С Ритой ничего не случится, сама планета, Склодо, позаботится об этом. Свежая стерня колола ноги, и он понял, что не надел обувь. Впервые за много месяцев он шёл босиком, наслаждаясь забытыми ощущениями. У края площадки тот, кто проснулся, остановился.
Рядом с ним текла живая река. Сотни зверьков, больших, поменьше и совсем миниатюрных спешили вперед, обгоняя друг друга. Охотники и добыча мчались рядом, забыв о чувстве голода и вековых инстинктах. Их вел зов; тот, кто проснулся, тоже ощутил его в своих жилах и побежал вместе с ними.
Они двигались молча и сосредоточенно, без сбоев, как отлаженный механизм - словно кто-то управлял этим бесконечным потоком. Тот, кто проснулся, не смотрел под ноги, но ни разу не задел никого из зверьков. Боли он больше не чувствовал; постепенно сознание возвращалось к нему. Небо светлело; оранжево-бурая река направлялась, естественно, к морю; оттуда уже доносился непривычный грохот. «Там шторм», - догадался и одновременно вспомнил тот, кто проснулся. Ещё он вспомнил, что вчера был Львом; огляделся. «Рита…» - в чём-то она была права, когда сказала… Что она сказала? «Самцы. Яркие, полосатые – вокруг одни самцы. Я тоже, - усмехнулся он. – Море ждет нас? Рита не хотела идти, она боялась, а меня ещё вчера сюда тянуло».
Он не спрашивал, зачем, потому что это было слишком очевидно. Не мчатся к морю животные всего континента, чтобы испить соленой водицы и повернуть обратно. Нет обратного пути у леммингов, бросающихся в пропасть. У выпрыгивающих на берег дельфинов. У черных дроздов, камнем падающих с неба.
Он не заметил, как позади остались пять километров каменистой дороги, и с удивлением понял, что впереди уже было видно море. Оно вздымалось серой пенящейся стеной; с облегчением тот, кто вчера был Львом, отметил, что в воде не было видно погибших животных. Возможно, они сразу шли на дно; он посмотрел на ноги – они были сбиты так сильно, что, наверное, оставляли кровавые следы; мозг Льва, ученого, просыпался и требовал ответа. Тот, кто вчера был Львом, остановился у края галечной полосы; мелкая мохнатая живность бежала мимо него и, не останавливаясь, врезалась в кипящие буруны. Отхлынувшая волна никого не оставляла.
«Что это? – подумал он, глядя на волны с любовью и восхищением. – Что это за механизм? Природный регулятор численности? Или осознанный гипноз? Часто ли это повторяется? Так ведь некоторые виды могут исчезнуть».
Внезапно его осенило, почему здесь были только самцы. Зов смерти включал мощнейший механизм, подстегивающий инстинкт размножения. Выполнив свой долг, они спешили умереть в соленых водах. А море? Было ли оно «черной вдовой», паучихой, пожирающей своего самца, для всей Склодо? Или наоборот – питательным бульоном, из которого на землю потом возвращалась жизнь?
«Как странно устроен мир, - мечтал тот, кто был Львом, стоя в считанных метрах от бушующего моря. – Случайно планету назвали в честь женщины, Марии Склодовской-Кюри – и вот она, как настоящая леди, жертвует мужчинами во имя будущего потомства. Но почему я? Я здесь чужой, и на меня не распространяются…»
Внутренним взором, глазами влюбленного Льва он увидел Риту: смеющуюся, задумчивую, задумчивую. Она была такой рассеянной в последние дни. Позавчера утром, как раз перед отъездом, Лев застал её в лаборатории: она делала анализ крови, но, когда он вошел, сразу выключила компьютер.
А если это он виноват в шторме? Не мыши, не бурундуки, не лисы и даже не пятнистые оцелоты, а то, что случилось между ними с Ритой? То, что возникло?
Он засмеялся и закричал морю:
- Это плата, что ли?
Галька под ногами заблестела от проступившей воды. «Цикл запускают крупные животные», - прочитал он.
- Мы теперь твои животные, значит,
Ему показалось, что волны впереди исчезли, и осталась только гладкая полоска неподвижной воды, мерцающей под лучами утреннего солнца. Он улыбнулся и поковылял вперед, с трудом наступая на израненные ноги.

Хоть Рита и не умела читать послания из гальки, но часто приходила на берег. Садилась у самой воды и смотрела вдаль, на горизонт, на волны. Иногда разговаривала с морем.
- Теперь можешь не стараться, - говорила она, когда галька меняла цвет и складывалась в узоры. – Я не понимаю. Скоро прилетит новый эмпат, вот с ним и поболтаешь. А я улечу, - и бережно клала руку на округлившийся животик. – Что ты хочешь? Не надо, я даже смотреть не буду.
А ведь там было написано всего: «Завтра будет хорошая погода, Рита».
Tags: olga_doroff, Конкурс
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 30 comments