Invalid Syntax Error (karetu) wrote in mirnaiznanku,
Invalid Syntax Error
karetu
mirnaiznanku

До четвертой стражи

Прекрасный старинный замок
Стоит на вершине горы.
И любят меня в этом замке
Три барышни - три сестры.
Гейне
 
...
А в общем-то, что ее убить, что собаку, так, ерунда. Ну, побаловаться вздумал с варваркой, та еще царапалась, драная кошка, а эта черная тварь как бросится, пасть распахнута, глаза горят. Я и заколол псину, клянусь семью холмами Рима, кто б не заколол. Я все-таки всадник, а этим варварам только дай слабину. Будут знать власть мою.
Как она рыдала, как надрывалась над черной зверюгой. Даже забавно. Так можно подумать, что у варваров есть чувства.
- Да явятся тебе ночные сестры, - крикнула вслед. Смешно, что за проклятие - ночные сестры. Не смерть, не болезнь - ночные сестры. Тоже мне, служанка Гекаты. Ну ничего, я молод, здоров, могуч, римской крови моей хватит на всех сестер.
Во что только тут не верят. И в темных кобылиц, и в черных собак, а теперь вот еще ночные сестры. Да хранят меня лары! Никогда еще римский всадник не избегал встречи с женщиной.
***
В покоях из щелей дуют ненавистные сквозняки, насвистывают лихоманку, тряску Евксинского понта.И лихорадит до понимания того, что ты - один, неслыханно один, бездонно один, оплот и башня цивилизации в этой варварской стране здесь, на краю земли, над пропастью Вселенной недругов, темной и недружелюбной. Как черны псы в этой земле, как нерасторопны рабы, как неуютны покои.
Предшественник мой построил дворец на холме, дабы с высоты править наделом, но и на высоте заплетают свои бешеные сети ветра, вечные ветра, длинные, как дорога до Августа, холодные, как ладони Августы, змеистые, как косы этих местных дев. Иногда мне кажется, что и в покое моем властвуют ветра, а я лишь игрушка чужих безликих воздушных воль.
И только выйдя на террасу и глянув вдаль, убеждаешься, что нет ни хижины, ни подворья выше моего взгляда, что под настороженным небом я наместник священного Августа здесь, и да будет воля его.
***
Замок возник неожиданно, с последним лучем солнца, как будто туман сгустился на вершине дальней кручи. Замок на горе выше дворца, выше даже сторожевой башни, выше Рима? Негоже всаднику самому рабираться со сбродом, осмелившимся бросить вызов не мне, кесарю. Достаточно будет центурии.
***
Солдаты не вернулись, сгинул и центурион, и следы их сандалий заносят бешеные ветра. Уже третий отряд не вернулся из этой проклятой ночи, как будто их запутал вихрь. А между тем замок рос, становился все выше и выше. Мятежники. Ничего, что днем не видно крутых стен, эти варварские колдуны могли укрыть строения туманом, но не в силах обмануть закаленного римского воина. Я решил разнести этих бунтовщиков, как разбивал белгов и бургундов за рекой.
Следующий отряд я повел сам, в первой страже ночи, когда дорогу к замку так легко обрести.
***
Unia.
Ветераны не подкачали. Еще не кончилась первая ночная стража, а мы уже у высоких стен цитадели.
Я медленно коснулся рукой резных тяжелых ворот, и они растворились передо мной, сдаваясь на милость Рима.
Внутри горели факелы, бросая тревожные тени на сумрачные лица моих воинов. Во внутреннем дворике встретили нас не враги, но прекрасные юные девы, чистые ликом, волосы их сияют золотом, а взгляды нежны, как песня сирен.
Хозяйка замка, госпожа была так кротка и внимательна, и виночерпий следил за чашей моей, и окончание пира обещало мне полный мир блаженства, и даже ветры не осмеливались тревожить нас в пришественным чертоге. Она украсила мои волосы венком сельдерея, она растерла мои подошвы маслом, она касалась моих плеч своими нежными ладонями.
- Как тебя зовут?
- Unia.
Она, кажется, знала по-латыни только счет, но песни ее вязались в вереницу сонных наслаждений.
Кажется, я обнимал ее, и еще кажется, что шептал:
- Я буду звать тебя Unia.
Не помню. Я проснулся один на вершине голой скалы, и солнце слепило мне глаза.
Воины мои как сгинули, но мне было все равно, что за дело мне до манипул, до Рима, до целого света, когда рядом нет ее.
Я остался и ждал ночи, и шептал: "Unia. Unia. Золотокосая, нежная, дитя эфира, Unia. Единственная. Во имя всех ночных сестер, вернись".
Но замок открылся мне только ко второй страже.
***
Secunda.
Двери открылись беззвучно. Ни сладостного пенья, ни ласковых рабынь, лишь тихое ржание рыжих кобыл, лишь цокот подков, и лишь одна владычица стояла передо мной там, на входе в залу. Я рванулся к ней, я крикнул : Una!
Холодные стальные глаза блеснули лиловым, рыжие волосы словно хлыстом опалили мне руки.
- Secunda.
Без улыбки и без печали, она ласкала меня, как ласкают куклу, и пила меня, как пьют воду бедуины пустыни: мелкими глотками и до конца.
Я был сух и безжизнен, я был выжат этой впитываюшейся спокойной плотью, я умер и снова воскрес на вершине голой скалы, под проклятым солнцем.
О, как я ждал благословенной ночной тьмы, ждал и считал: "Unia. Secunda." Я молился ночным сестрам, а замок ждал меня, ждал, чтобы глубже заглотнуть свою жертву к третьей страже.
***
Tertia.
Я ворвался во двор, как молния, ища не знаю кого, крича: "Unia! Secunda!"
Она глядела, жестко прищурившись, девчонка, варварка, чернокосая, и вокруг нее кружила стая голодных черных псов.
- Tertia, - горько бросила она.
Кажется, я любил ее и шептал ее имя, а тело мое глодали ли, ласкали ли то ли собаки, то ли девушки, да что там, ночные сестры.
Мне было странно проснуться на рассвете продрогшим, лихорадящим, живым. Мне было горько проснуться живым и знать, что от плоти моей и от души моей отсечены три части.
Но я был жив, я снова и снова высчитывал имена. Unia. Secunda. Tertia.
***
Говорят, Геката появляется по ночам. Ходят также слухи, что у нее шесть обликов, шесть спутников, шесть голов, шесть сущностей. Не знаю, я изведал только три. Значит, где-то в подлунной тени бесконечной ночи прячутся от меня еще три лица, три жены, три ночные сестры, три невесты. Двери замка тяжелы, а руки мои устали, но каждую ночь я монотонно стучу в эту глухую стену. Когда-то ворота непременно отворятся после четвертой стражи.
А пока... пока я буду снова и снова ломиться в закрытую дверь, повторяя про себя, как молитву: "Unia. Secunda. Tertia". До тех пор, пока замок не извеется с клочьями утреннего тумана.
Как обычно, из запасов http://karetu.livejournal.com/307832.html#cutid1
Tags: karetu, О любви, Сюр
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 20 comments